Детская месть



Летние дожди тем и хороши, что они быстротечные, тёплые, ласковые и вкусно пахнут.

Вадик очень любил такие дожди. Особенно, когда они случались во время прогулок. Тогда воспитательница Людмила Васильевна разрешала снимать сандалики, и дети с наслаждением топали босыми ногами по тёплым лужам, весело разбрызгивая воду.

Откуда-то вылезали толстые и длинные червяки, неспешно переползая через тропинки, по которым дети возвращались в группу. Людмила Васильевна не разрешала наступать на дождевых червей, объясняя, насколько они полезны для людей.

— А жабы полезные? – вдруг спросила у воспитательницы Ирочка Ниткина. Она шла самой последней и почему-то прятала руки за спиной.

— Жабы тоже полезны… Что ты там прячешь? – воспитательница подошла к Ирочке. Дети остановились и повернули лица к девочке.

Ирочка сначала вынула из-за спины левую руку. В ней она держала за ремешки свои беленькие сандалики. Затем появилась правая рука, сжатая в кулачок. В кулачке зажата жаба. Та, вероятно, была в тисках детской ручки давно, потому что ноги её бессильно обвисли, а глаза подёрнулись плёнкой.

— Зачем ты мучаешь животное? Брось его! – воскликнул впечатлительный Вадик, опережая Людмилу Васильевну – всё тело его передёрнулось от брезгливости, а на лице появилось неподдельное сострадание.

— Да-да, отпусти жабу, – поддержала Вадика воспитательница, – ты выдавишь из неё все внутренности.

Ирочка нехотя выпустила в траву жабу, но, заметив брезгливую реакцию Вадика, про себя мстительно подумала:

— Ладно, ладно! Я тебе припомню… А ещё панамку носишь…

Ирочке ух, как Вадькина широкополая панамка не нравилась.

В группе под присмотром няни тёти Сони дети чисто помыли ножки под струями тёплой воды и обулись. Потом дружно вымыли личики. Первой была шустрая Ирочка. Вскоре дети пообедали, а после обеда настало время «тихого часа».

В послеобеденный час спят самые озорные и беспокойные малыши. А, если не спят, то лежат тихо-тихо, словно мышки. В дальнем углу за столом сидит воспитательница и строго следит за порядком. Провинившихся озорников могут наказать стоянием в тёмном углу. Это неприятное наказание. Все спокойно лежат в кроватках, а ты стоишь один-одинёшенек и не знаешь, как быть.

Вы догадываетесь, какие мысли лезут в голову озорника?

Когда он окончательно поймёт, что лучше тихо лежать в кроватке вместе со всеми, чем стоять одному в темноте, то идёт к воспитательнице или, если той нет в группе, к тёте Соне и просит простить его. Сердца добрых женщин тают, и ребёнок идёт спать. Тётя Соня может даже конфетку дать, если видит, что ребёнок раскаялся искренне.

Все лежат тихо, многие уже уснули, лишь Ирочка ворочается почти до самого подъёма, какие-то мысли не дают ей успокоиться. А, может быть, у неё животик заболел? Ирочка дождалась, когда Любовь Васильевна с бумагами ушла из группы, сбегала в туалет и задержалась там дольше обычного. А когда возвратилась в спальню, в руке у неё была панамка Вадика. Девочка огляделась вокруг – все ли спят? Затем она аккуратно положила панамку на грудь Вадика. После этого Ирочка ушла к своей кроватке, спокойно легла и крепко уснула. Только спать ей пришлось недолго.

Спустя несколько минут, Людмила Васильевна вошла в спальню и спокойным голосом проговорила: “Дети, просыпайтесь”.

Вадик просыпался, как и засыпал, быстро и легко. Проснувшись, он удивился: поверх одеяла на груди лежала его панамка. Быстро сдёрнув её, Вадик в страхе и ужасе закрыл глаза и не мог издать ни звука.

На него, вылупив глаза, глядела огромная жаба…

2011 г.




не в дугутак себенормальнохорошоотлично! (голосов: 4, среднее: 5,00 из 5)



Ваш отзыв

*

  • К читателю
  • Проза
  • Поэзия
  • Родословие
  • Изданное