Глава II. Ковалёвы

  • Баллада о моём отце


  •  Как уже говорилось во вступительной статье «Мои корни», семья Ковалёвых прибыла в Оренбуржье не ранее 1912 года из Киевской губернии. Старшим в семье был Прокопий Коваль, но по приезде на новоселье он жил недолго. Во главе рода стал Гаврила Прокопьевич, ему к тому времени исполнилось тридцать пять лет. Возможно, до того у него была жена, всё же не юноша, но сведений о ней нет, к новому месту жительства он прибыл холостым. На его попечении оказались холостой младший брат Харитон, да две сестры: Евдокия и Софья. Обе замужние, с семьями, поэтому надел земли оказался большим. Для поселения Ковалёвым определили хутор по речушке Коноплянке, правому притоку Урала, недалеко от станицы Хабарной. Хутор Коноплянка – место весьма живописное. Губерлинские горы, создают здесь особый микроклимат, плодородные земли, не знавшие обработки буйно заросли не только коноплёй, но и степными травами, перемежаемые зарослями чилиги и дикой вишни. Берега Урала поросли талой, боярышником, калиной. В первый год на хуторе поставили из самана просторную избу на всех, а уж позже ставили дома на каждую семью в отдельности, кто в станице Подгорной, кто в Губерле. Первые же урожаи на целине оказались весьма богатыми и братья решили на паях ставить водяную мельницу, чтобы и себе хлеб молоть, и окружающим крестьянам и казакам. Уже к 1916 году была построена плотина и поставлена мельница. Хотя истинным хозяином мельницы был старший брат, записана она была на Харитона Прокопьевича. Слава о Гавриловой мельнице разнеслась по округе, муку она молола первосортную, и работы братьям хватало. Гаврила Прокопьевич, обликом похожий на В. И. Ленина, каким мы его знаем по портретам, был разносторонним человеком, жадным до работы. Среднего роста, чуть сутулый, физически очень сильный с широкой грудью и мощными руками он был кузнецом и плотником, механиком и шорником, коновалом и огородником, строителем и музыкантом. За заботами о хозяйстве Гавриле Прокопьевичу некогда было жениться, хотя на хуторе уже полно детей – его племянников и племянниц. На Красную горку 1917 года Гаврила привёл в дом молодую хозяйку – Зою, девушку семейства Искра из села Херсон, что в тридцати верстах от хутора на правом берегу Урала. Вероятно, отец невесты был деловым партнёром Ковалёвых. Кроме того, там учились некоторые хуторские дети, поэтому с херсонцами Ковалёвы были хорошо знакомы. Но счастье длилось недолго. После родов сына женщина, и без того хрупкая и слабая здоровьем, заболела чахоткой и в конце 1918 года умерла. У неё были брат Василий, о судьбе которого мне ничего не известно, и сестра Елизавета (ок. 1901 – до 1974 с. Ленинское /Кос-Истек/), в замужестве Тягниева, активистка новой жизни, в красной косынке устанавливавшая советскую власть в Херсонской волости. У неё дочь Зоя (ок. 1924, с. Херсон – ок. 1980), умершая от рака и бывшая замужем с 1945 г. за Василием Ивановичем Дудченко, участником ВОВ, мать Николая (р.1946) и Владимира (р.1948) Васильевичей Дудченко.

    Уже разгоралась Гражданская война, но военные действия обошли хутор Коноплянку стороной, и урона его хозяйству не нанесли. Появились беженцы. Однажды с группой беженцев на хутор приехала семья сестры Иосифа Мартыновича Веселовского. Родители вскоре умерли от тифа оставив двух мальчиков. В те годы лихолетья тиф и грипп-испанка уносили жизни большего количества людей, нежели их погибло на всех фронтах империалистической войны. Сирот звали Егором и Иваном Ракчеевыми.


    Между тем, дорога к мельнице не пустовала во все времена года. Заезжали и знакомые купцы, и прасолы. Узнав о горе Гаврилы, один из купцов из Челябы (г. Челябинска) посоветовал ему в жёны рукодельную и домовитую Матрёну Афанасьевну Чигарёву, женщину добродетельную, но хлебнувшую на своём жизненном пути столько трудностей, что хватило бы на десятерых. Уроженка Черниговской губернии, она в шесть лет стала сиротой, её родители один за другим умерли от холеры. Троих её старших братьев взяли в работники, потом они служили в армии, воевали в русско-японскую и в Первую мировую войну. Брат Степан Афанасьевич стал родоначальником Чигарёвых, ныне живущих в г. Орске. А её самоё, ещё кроху, взял сельский священник в дом нянькой своим детям. Так до сорока двух лет она провела «в людях», воспитывая детей попов и купцов. Матрёна Афанасьевна стала истинной матерью Ванюшке и авторитетной хозяйкой хутора, освободив мужа от многих хозяйственных забот. Невестка Аляна и золовки признали Матрёну, охотно принимали её старшинство над собой и не тяготились этим. Она сумела сплотить всех, быть всем нужной, держала в строгости детей. Всех, кроме приёмного сына, а тот попал под влияние брата матери Василия Искры. Вместе они бродили по окрестностям, бездельничали и безобразничали, особенно на бахчах.
    Между тем, работать приходилось много. Держали лошадей, до 60 голов крупного рогатого скота и столько же овец и коз. Весной вели вспашку земли под посевы. Пахали сабаном (тат. плуг), под плуг сажали картошку. Понемногу сеяли пшеницу, овёс, ячмень и просо. Хлеб пекли в основном из муки, полученной в плату за помол. Разводили овощи, засевали бахчи, пололи сорняки. Из арбузов осенью в огромных казанах варили арбузный мёд – нардек. Даровую коноплю запасали впрок, из неё зимой изготавливали паклю, пряли на верёвки, на кроснах ткали дерюгу, из которой делали шестипудовые мешки. Из семян конопли жали прекрасное и целебное конопляное масло, заготавливали его впрок. Это была работа мужчин. Женщины на швейных машинах «Зингер», шили одежду на всех, осенью чесали коз. Коз было много. Подбор трав в Губерлинских горах таков, что козий пух от здешних коз – лучший во всём Оренбуржье, мягче и длиннее мохера. Зимой из пуха и овечьей шерсти женщины вязали. Платки для себя и на продажу, рукавицы, носки и прочие изделия. Они собирались все вместе в большой комнате, и начиналась общая работа. Когда изготавливали платки, одни выбирали из пуха шерсть, другие на игольчатых гребнях теребили, выбирая очёс (охлопки), третьи с пряслиц пряли вручную на веретёнах, четвёртые веретёнами же сучили нить со шлёнкой – шёлковой нитью, пятые вязали на спицах – всем находилось дело. Во время работы напевали русские и украинские народные песни. Гаврила, Харитон, зятья Фёдор Недорезов и Иосиф Веселовский глухими зимними днями, когда завывали бураны, порой, присоединялись к женщинам и неплохо вязали на спицах. Даже платки. При хорошем настроении Гаврила Прокопьевич доставал свою скрипку и давал концерты, наигрывал плясовые мелодии и девушки с женщинами, убрав рукоделие, танцевали.
    Советская власть поначалу не принесла Ковалёвым и родственным им семьям каких-то изменений, лишь заставила отказаться от частной собственности. Гаврила Прокопьевич до 1925 года со своим паем вступил в сельский кооператив, сформированый в Херсоне (надо помнить, что тогда Оренбургская область входила в состав Киргизской [Казахской] АССР, а город Оренбург был её столицей), оставаясь мельником на уже общественной мельнице. Что касается Харитона Прокопьевича, то он стал колхозником в 1930 г. с. Хабарном. Хуторские земли стали частью этого колхоза, а теперь они – давно уже дачные участки новотройчан. После 1942 года хутор опустел. В тот год сильнейшим паводком мельницу снесло. Жернова бешеным потоком бурного Урала были унесены за многие сотни километров от плотины, вместо которой остались лишь обломки свай, протянувшиеся от речки Коноплянки до аула Консайран на левом, казахстанском берегу реки. К этому времени в 1937 году был репрессирован Гаврила Прокопьевич, а в ноябре 1939 г. его племянник Николай Харитонович. Николай был участником совместного парада в г. Бресте частей Красной Армии и германского вермахта, участвовавших в разделе Польши. Об этом он каким-то образом написал дяде, которого любил пуще отца родного. Это письмо стало причиной его ареста. Вероятно, Николай Харитонович тогда же погиб, а о Гавриле Прокопьевиче в 1945 году его жене принёс весточку человек, бывший с ним на Колыме. Он сообщил, что в 1944 г. Гаврила был ещё жив, но очень плох. Больше вестей об этом сильном человеке с широкой душой не было. С 1949 года Матрёна Афанасьевна жила в Батамшинске у бывшей снохи Терентьевой Евдокии Сергеевны, воспитывала внука. Умерла от инсульта. Похоронена при большом стечении народа. Она всегда была общительной, имела много знакомых, с которыми поддерживала хорошие отношения.

    I. Поколение (одно лицо).

    * Прокоп Коваль (Ковалёв). Уроженец села Доброводы Бабанской волости Уманского уезда Киевской губернии. Был сельским кузнецом. Известны его дети: Гавриил, Софья, Евдокия, Харитон.

    II. Поколение (четыре лица).

    * Гавриил (Прокофьевич) Прокопьевич Ковалёв (1874, с. Доброводы Бабанской вол. Уманского у. Киевской губ. – ок.1944, Колымлаг), украинец. Образование начальное, окончил ЦПШ. Вероятно, был подручным кузнеца у отца. Участник Русско-япоской войны 1904-05 гг.; в 1912 г. организовал переезд семьи в Оренбургскую губернию, где основал хутор Коноплянка. Мельник, плотник, кузнец, к-за «Консайран». Арестован 8 августа 1937 г. Новотроицким НКВД, осужден чрезвычайной тройкой по ст. 58-1 УК РСФСР. Приговорён к ВМН, заменённой каторгой, погиб в лагерях Колымского края. Реабилитирован 22.05.1989 г. Актюбинской облпрокуратурой (УКАЗ ПВС СССР от 16.01.1989). Доподлинно женат был дважды. Оба раза венчался в церкви села Губерля. Первый раз с апреля 1917 года на Зое Искре († дек. 1918), матери его сына Ивана, которого воспитывала вторая жена (с лета 1919 года) Матрёна Афанасьевна Чигарёва (09.04.1876, Черниговская губ. – 01.08.1964, Батамшинск).

    * Софья Прокофьевна Недорезова урождённая Ковалёва (188?, с. Доброводы – ок.1970, с. Кос-Истек). Обучалась в церковно-приходской школе. После войны жила с семьёй в с. Херсон Степного р-на Актюбинской обл., в 1964 г. переселилась в Кос-Истек. В замужестве с ФёдоромМихайловичем Недорезовым (18.? – ок.1964, с. Херсон) известны их дети: Екатерина, Зоя, Фёдор, Николай, Митрофан.

    * Евдокия Прокофьевна Веселовская (188?, с. Доброводы – 07.1951, Батамшинск). Малограмотная. В годы войны семья поселилась в Велиховке, на центральной усадьбе к-за им. Чапаева. После войны Евдокия Прокопьевна переселилась к дочери Марии в Батамшинск, чтобы помогать воспитывать детей. Там она тяжело заболела, умерла и была похоронена. Замужем за Иосифом Мартыновичем Веселовским († ок. 1955). Известны их дети: Николай, Мария, Василий, Анна. Кроме того, они взяли на воспитание Ракчеевых Егора и Ивана (см. текст выше).

    * Харитон (Прокопьевич) Прокофьевич (1896, с. Доброводы – 196?, Подгорная). Окончил ЦПШ. Участник Гражданской войны, был мобилизован в Красную Армию в 1918 г., командовал батальоном в Первой Конной армии на Польском фронте. После демобилизации вернулся на хутор Коноплянку. С 1917 г. женат на некой Аляне. Известны их дети: Николай, Анатолий

    III. Поколение.

    * Иван Гаврилович Ковалёв (26.01.1918 с. Губерля – 199.). После окончания 5 классов в станице Хабарной жил при родителях. Профессионального образования не получал, всё что умел, получил самоучкой. С раннего детства в нём сидел дух романтика и бродяги. После ареста отца жил с клеймом «сын кулака», хотя таковым не являлся. С 1944 года перебрался в Батамшинск, где Зоя Ракчеева познакомила его со своей подругой. С лета 1945 г. Евдокия Сергеевна Терентьева стала его гражданской женой. На пару они приобрёли недостроенный саманный дом, Иван довёл, как мог, его до ума, и семья зажила. Однако ревнивый и даже склочный характер не позволил Ивану засидеться на этом месте долго. Вскоре после рождения сына Владимира, он уехал на станцию Луговая, Джамбульской области Казахстана, где познакомился с Галиной (Марией) Александровной () и женился на ней. Их семейная жизнь – сюжет драматического произведения. Десяток переездов, причём вначале отец семейства бежит из дома (каждый раз нового), затем всё возрастающая семья настигает его, теряя налаженный быт. Каждая встреча супругов заканчивалась рождением нового ребёнка и новым броском в неизвестность. Последние годы жизни он провёл вдали от семьи, на своей малой родине. Известны дети от этого брака: Борис, Виктор, Иван, Любовь (с), Любовь (м), Надежда, Вера, Лидия. 





    не в дугутак себенормальнохорошоотлично! (голосов: 2, среднее: 4,50 из 5)



    Ваш отзыв

    *

  • Баллада о моём отце